От колодцев — до искусственных островов: как российские шельфы становились источниками энергии
«Достать со дна морского» — значит «справиться, несмотря на трудности». Как насчет «достать из-подо дна»? «Энергия+» проследила, как развивалась морская добыча нефти.
Нефть из колодца
История морской нефтедобычи началась с Каспийского моря. Исследователи заметили, что в прибрежных водах Апшеронского и Бакинского архипелагов со дна поднимаются нефть и природный газ. В 1781–1782 годах в бортовом журнале команда одного из русских кораблей, занимавшихся изучением моря, описала масляную пленку на поверхности воды в районе острова Жилой.
В 1803 году житель Баку Гаджи Касумбек Мансурбеков построил на побережье Биби-Эйбатской бухты первые два деревянных колодца. Из них черпали нефть, залегающую под дном на небольшой глубине. Эту систему использовали на Каспии до 1825 года, пока колодцы не разрушил шторм, — ее можно считать прообразом современной морской нефтедобычи с берега.
Новый всплеск интереса к каспийской нефти произошел в 1873–1874 годах, когда нефтепромышленник Роберт Нобель обратился к властям и просил отвести его группе по 10 десятин морского дна в Биби-Эйбатской бухте, чтобы организовать там добычу нефти. Поднимать ее с глубин планировали с помощью сооружений на сваях, напоминающих современные стационарные нефтедобывающие платформы. Однако другие нефтепромышленники, работавшие на берегу, испугались, что вышки на воде будут мешать движению судов к их причалам, — и власти ответили группе Нобеля отказом.
Почти морская добыча
Основоположником морской добычи нефти на Каспии стал геолог Витольд Леон Юлиан Згленицкий. Он родился в Польше, а высшее образование получал в Петербурге, где и познакомился с морем. В Баку он приехал в ранге именитого инженера, с опытом работы в Риге и на Донбассе, — и вскоре его стали называть «польским Нобелем». Згленицкий изобретал устройства и технические решения, облегчающие бурение: например, создал прибор для измерения кривизны скважины.
Польский геолог с другими учеными усовершенствовал идею Нобеля и ходатайствовал о разрешении на морское бурение с 1896 по 1904 годы. Проекту не давали ход по разным соображениям: невыгодно, небезопасно. Когда очередное исследование подтвердило, что под бухтой есть залежи, приступить к добыче позволили, но при одном условии: акваторию нужно засыпать. Это разрешение дали уже после смерти Згленицкого.
Пока инженеры продолжали предлагать проекты плавучих буровых установок, бухту начали засыпать. Работы по проекту инженера Максима Филиппео вели с перерывами с 1910 по 1932 годы — за это время осушили около 300 гектаров акватории.
В 1922-м на искусственной суше бухты Ильича (бывшей Биби-Эйбатской) заложили первую разведочную скважину, а в 1923-м с глубины 460 метров получили первый приток нефти.
Искусственные острова в открытом море
Вскоре стало ясно, что у добычи морской нефти с помощью осушения акватории много недостатков: это долго и сложно, искусственная суша может быть неустойчивой, а новые залежи нередко обнаруживаются за ее пределами — значит, нужно вновь насыпать. Тогда инженеры вернулись к идее морских платформ и островков. В 1925-м впервые в мире с деревянной платформы пробурили скважину, которая дала нефть.
Первые искусственные островки ставили на длинные деревянные сваи — на каждую платформу их требовалось около 300 штук. Это было неудобно: в море приходилось завозить много леса, а вбить деревянные сваи в крепкое скалистое дно было просто невозможно. Тогда в 1934 году молодой инженер Николай Тимофеев придумал и внедрил в практику трубчатые бурозаливные опоры: в морском дне выбуривались отверстия, в них вставлялись полые металлические сваи, которые потом заливали цементом.
В 1946-м на Каспии появилась первая буровая платформа для работы в непогоду, над неровным дном и на глубинах до 15 метров. Готовые блоки доставляли на баржах и ставили на телескопические опоры с помощью плавучих кранов. Благодаря этому построить платформу смогли втрое быстрее — всего за три месяца. Конструкцию и методику ее сборки придумал инженер Леон Межлумов. К 1953 году на Каспии было уже 139 стационарных платформ.
В 1940-х на Каспии активно строили морские эстакады — мосты, связывающие платформы с берегом. На сегодня суммарная длина эстакад — около 400 километров. В 1950-х на эстакадах в 42 километрах от Апшеронского полуострова даже возвели целый поселок под названием Нефтяные Камни — с жилыми корпусами для работников, электростанциями и парком. Он вошел в Книгу рекордов Гиннесса как комплекс самых старых нефтяных платформ в мире.
Дальше — в Арктику и на Сахалин
Страна развивалась, и ей требовалось все больше топлива — одних запасов Каспия было недостаточно. Советские ученые и инженеры переключились на другие регионы. В 1950-х подтвердили перспективность добычи углеводородов на шельфе Арктики, а в 1970–1980-х открыли месторождения на шельфе Сахалина.
Сейчас добыча нефти на российском арктическом шельфе идет на одном месторождении — Приразломном. Его открыли в Баренцевом море в 1989 году. С 2013 года там работает платформа «Приразломная» — первая в стране ледостойкая морская нефтяная платформа.
Богатое арктическое месторождение природного газа «Каменномысское-море» осваивают в Обской губе. Начать добычу здесь планируют в 2025 году. Предполагается, что она будет идти в самых экстремальных условиях в истории мировой нефтегазодобычи: температура в акватории Обской губы зимой падает до минус 60 градусов, а на поверхности формируется толстый и плотный лед.
На Сахалине разрабатывают сразу несколько морских месторождений. От платформ к залежам тянутся самые длинные скважины в России и мире — их длина достигает 15 километров. Не забыт российскими нефтяниками и Каспий: там продолжают добывать нефть и попутно ставить рекорды. Так, в январе 2025 года на одном из месторождений пробурили самую разветвленную морскую скважину в России.
